RuEn

Полина Агуреева: Актриса с приданым

Если вы умудрились пропустить «Долгое прощание» Урсуляка, «Эйфорию» Вырыпаева и телефильм «Ликвидация», то самое время открыть для себя уникальную актрису Полину Агурееву. Для знакомства с ней следует идти в «Мастерскую Петра Фоменко», где в январе состоялась долгожданная премьера «Бесприданницы».

Мы встретились перед спектаклем в гримерке: Полина накладывала грим, перебрасываясь фразами с Харитой Игнатьевной Огудаловой. Сергей Сергеич Паратов заботливо приносил кофе со сливками Ларисе Дмитриевне, весело шутили Вожеватов с Кнуровым, Карандышев, кажется, курил в коридоре. Несмотря на шум, звонки мобильных и лак для волос, который попадал в глаза не только Полине, но и мне, нам все-таки удалось пообщаться.

Лариса Дмитриевна — роль, о которой многие мечтают?
Да, конечно. Роль сложная, трагическая, загадочная? В ней интересно копаться.

Впрочем, вы как-то сказали, что устали от романтичных героинь. И мечтаете «побольше уродовать» себя.
(смеется) Ой, ну Ларису Дмитриевну вряд ли удастся изуродовать! Если только сделать ее хромой. Конечно, очень любопытно играть характерных персонажей. Все актеры об этом мечтают.

Вы говорили, что беретесь только за то, что потенциально способно перевернуть душу. Что профессионально и, может быть, по-человечески перевернула в вас «Бесприданница»?
Трагические персонажи это большая ответственность. Сложно играть сильных женщин, способных на поступок. Как сказал Перт Наумович, Лариса достигает свободы ценой жизни. Немногие люди на это способны. Конечно, такое не может не действовать на тебя. Очень хочется перестать что-либо изображать, поменьше играть, точнее, играть каким-то внутренним содержанием. Особенно здесь, потому что эта женщина подлинная — она ничего не изображает, поэтому и актер должен существовать не изображая.

Как вы добиваетесь фоменковского «легкого дыхания»?
Есть темы, смыслы, которым «легкое дыхание» может только навредить. Но если говорить о «легком дыхании», как о каком-то свете, то я, конечно, за него. Любая дорога в жизни не имеет смысла, если она не идет к свету. Главное, чтобы он не подменялся легким порханием.

Вы в каких отношениях с героиней: оправдываете, жалеете, спорите?
Есть персонаж, на которого я, конечно, совершенно не похожа, а есть мысли, идеи, которые я несу со сцены и за которые несу ответственность. Мысли не совсем имеют отношение к персонажу. Да, я считаю, что человек должен быть способен на поступок и должен быть готов платить за свою свободу. Как Лариса.

Есть вещи, которым вы до сих пор не находите объяснения в отношении Ларисы?
Я знаю, зачем выхожу и что хочу сказать, но как это сделать?

А какая она, ваша Лариса?
Языческая, шекспировская.

А фильм вам нравился?
Какой?

«Жестокий романс».
Это некорректно. Ну, я же не скажу: «Мне не нравится этот фильм!» Нет, там прекрасные мужчины? Да и женщины тоже замечательные. Но это не совсем пьеса Островского, скорее фильм «по мотивам?». Мы все-таки немножко по-другому прочитали эту историю. 

Какие фильмы вы любили в детстве?
«Летят журавли», «Отец солдата», еще ужастик «Белый Бим Черное ухо» (смеется). Как и все дети, ассоциировала себя с героями. Посмотришь, а потом неделю ходишь в образе (смеется). Люблю «Они сражались за Родину», другие военные фильмы.

Хотите сыграть в военной истории?
У нас есть «Одна абсолютно счастливая деревня». Больше не хочу. Это очень трудно, нужны новые средства. Пользоваться общеизвестными способами не имеет смысла — тема исчерпана. Есть старые гениальные фильмы про войну, а новые никто придумать не может.

Недавно по телевидению прошла «Ликвидация» с вашим участием. Хотя кино не совсем про войну?
(смеется) Точнее, совсем не про войну!

Некоторые мои друзья, считали, что главарь банды — это все-таки вы! (смеемся)
Да, слишком он хитрила, эта фифа. Мне говорили об этой версии. Это, наверное, происходит потому, что в способе игры было какое-то отстранение.

Только что вас номинировали на «Золотую маску» за нашумевший «Июль» (театр «Практика» — «ВД»), спектакль кардинально отличающийся от тех, что делают в «Мастерской».
Ой, я очень рада за «Маску»! (смеется) Чтобы выдвинуть такой спектакль, как «Июль», нужна определенная смелость. Вообще, люди, которые занимаются таким театром, достойны того, чтобы их заметили.

Участие в этом проекте для вас поступком?
Да. Я совершенно не ориентировалась в этом театре. Для меня это было большое испытание. Но я обожаю этот спектакль.

Что-то вызывало протест?
Нет, иначе бы я не согласилась в этом участвовать.

Вы как-то сказали, что рады, что родились в провинции. Что вы имели в виду?
Есть какие-то приятные воспоминания, ощущения. Далекая Родина, степи? Приятно думать, что у меня есть такое место. Езжу туда отдыхать.

В предисловиях к интервью вас часто называют «казачкой». Вы себя таковой ощущаете?
Нет, абсолютно. Вообще не ощущаю никаких принадлежностей (улыбается).

Когда вы впервые себя помните?
Ой, какое у вас подробное интервью! Мне так страшно: еще выведите меня на чистую воду! (смеется)

Мне один артист рассказал, что помнит, как его отучали от груди, как он тосковал. Хотя, может быть, он все это придумал.
Правильно, не верьте этим артистам, они вам наговорят! (смеется) Я, пожалуй, не помню конкретный момент. Есть ощущение, что детство — это тоскливое, грустное время и что-то не так, чувствуешь себя лишним на этом празднике жизни (смеется).

Какие события формировали характер?
Я не знаю, что такое характер? Есть ведь душа, ум, сердце, физическое ощущение себя. Меняет многое, не только события. После прочтения «Братьев Карамазовых» что-то приоткрылось. Начинаешь по-другому думать, а это, конечно, нас меняет. Рождение ребенка, любовь, встреча с Петром Наумовичем?

Вы не знали к кому поступать, а потом увидели Петра Наумовича и поняли, что хотите учиться только у него. Как это произошло?
На вступительном экзамене. Это было абсолютно интуитивное решение. Как-то сразу определяю, вычисляю своих людей. Конечно, потом мы можем все испортить (смеется)?

А родив Петю, поняли, что «были слишком эгоистичной»?
Да, становишься более альтруистичным и менее инфантильным.

Позитивнее, наверное?
Не скажу (смеется). Появляется тревога, которая ни на секунду не отпускает.

Петя уже посещает театр Фоменко?
Не-е-ет, ему же три года еще. Кстати, это большая проблема — куда сводить маленького ребенка. В театр «Тень» обязательно поведу, в Большой.

Вам какой праздник ближе: день рождения или Новый год?
Конечно, Новый год! Это же волшебный праздник!

Загадываете желание?
Да, и не одно, а двенадцать (смеется). Съедаю двенадцать виноградин, по одному на желание: одно — себе, остальные — близким.