RuEn

Дочь полка

Такой спектакль обязан был появиться в репертуаре «Мастерской Петра Фоменко» — элитного по призванию театра. Легкая во всех отношениях постановка, милый пустячок, почти капустник с эфемерным «мотыльковым» эффектом. «Мотылек» — спектакль камерный, скромный и ничем себя не выдающий из общего репертуара театра. Будь пьеса Гладилина поставлена в другой компании, не обошлось бы без грузной пошлости, которой довольно сложно избежать с таким вот сюжетом. В некоем полку солдат Лебёдушкин превратился в одночасье в девушку. Был бритым — стал с прической. Был хилым — стал стройным, с покатыми бедрами. Доложить начальству — стыдно. Пустить обратно в казарму — «девку портить». Делать снова из Лебёдушкиной «настоящего мужчину» — жалко, начались «ее больные дни». В спектакле «Мастерской» сюжет о чудесном превращении солдата в девушку облагородили и «приодели». Анекдот стал притчей, армейская комедия — слезной драмой.
Первую треть спектакля зал не перестает дико хохотать: это классический постсоветский абсурд, выраженный в стильном армейском юморе.
Но есть момент, когда смех резко стихает. «Я артист! Я не могу жить в казарме!» — звонкий вопль новообращенца (Полина Кутепова). Организм бойца реагирует переменой пола на несвободу. Актер с мечтою о театре не может терпеть издевательства ротного командира. Спектакль так и будет до самого конца балансировать на конфликтном смешении жестокой армейской темы и наивной лирики Лебёдушкина.
Которая неожиданно находит отклик в сердце Полковника (Юрий Степанов). С тремя войнами за плечами и 25-летним армейским стажем он, пожалуй, единственный, кто прислушивается к наивному лепету «мотылька»: «Каждая несовершенная душа сама в себе несет свое наказание», или «Душа бессмертна, она радуется любому перевоплощению».