RuEn

О театр, ты спорт!

Устроители «Золотой маски» провели оздоровительные мероприятия

Церемония вручения «Золотых масок» образца 2005 года прошла в поистине бодром, спортивно-оздоровительном духе. Со стороны устроителей — нового директора «Маски» Марии Ревякиной, бывшего директора Эдуарда Боякова и режиссера вечера Нины Чусовой — это был смелый шаг.

Уже давно, после серии скандальных экспериментов, принято проводить церемонии в деловито торжественном, почти аскетичном виде: минимум изобретательности, максимум праздничности. Но, как часто бывает после солидных юбилеев (а в прошлом году «Маска» отметила десятый год своего существования), наступает пора легкомыслия и резкого омоложения. Видимо, этим объясняется спортивно-оздоровительный характер нынешней церемонии. Она началась на пороге Театра им. Моссовета, в саду «Аквариум», массовым баскетбольным наездом и раздачей шарфиков с символикой ЦСКА, а завершилась внесением олимпийского огня.

На сцене громоздились три стадионные трибуны, на фоне которых хрупкая спортивная актриса Инга Оболдина и крупный спортивный обозреватель Василий Уткин бодро вели свой рассказ. Баскетболистов сменяли студенты циркового училища, сборную по художественной гимнастике — борцы сумо, а велосипедистов — целая баскетбольная команда ЦСКА. 

Но кроме озорства в идее спортивно-оздоровительного мероприятия был свой глубокий терапевтический смысл: в названии и характере «масочных» спектаклей на редкость активно присутствовала тема болезни и смерти. Ну взгляните: «Когда я умирала» Миндаугаса Карбаускиса («Маска» за режиссуру и лучший спектакль малой формы), «Король умирает» Омской драмы (остался без «Маски»), спектакль Камы Гинкаса «Скрипка Ротшильда», где прямо-таки царствует смерть («Маска» за лучший спектакль большой формы и лучшую работу художника — Сергею Бархину). «Ричард III», изобилующий смертями, получил «Маску» для Константина Райкина за лучшую мужскую роль, «Дядя Ваня», где едва не дошло до убийства, — за исполнение Ириной Пеговой роли Сони. «Аида», в которой смерть кишит, получила сразу четыре «Маски»: за лучший оперный спектакль, за режиссуру — Дмитрию Чернякову, за женскую роль Амнерис — Ирине Макаровой и специальный приз всей театральной критики. Еще одна «Маска» — за «Апокалипсис» (лучшей «Новацией» справедливо признали блестящий спектакль театра «Тень»).

«Форсайт в Мариинском» собрал три «Маски» — за современный танец и его исполнение (Наталия Сологуб и Андрей Меркурьев). «Маской» не отметили почему-то выдающуюся работу дирижера Теодора Курентзиса («Аида»), зато наградили просто хорошую работу дирижера Александра Анисимова («Леди Макбет Мценского уезда», Ростов-на-Дону). «Маска», присужденная «Форсайту» за современный танец, отобрала справедливую награду у блестящих екатеринбургских «Провинциальных танцев» и их огненно-витального хореографа Татьяны Багановой (то есть ничего не получивших). Лучшим спектаклем театра кукол назвали «Всадника Cuprum» из питерского «Кукольного формата» (в нем же отметили работу художницы Анны Викторовой).

Но самым сильным эпизодом церемонии стало вручение премии «За честь и достоинство». Одну из них получила вдова выдающегося театрального деятеля, руководителя театра во Владикавказе Георгия Хугаева. Другую — великий русский актер Николай Пастухов, многие десятилетия работающий в Театре Российской армии. Когда он вышел на сцену получать награду из рук Георгия Тараторкина, он продемонстрировал всем собравшимся, что такое говорить сердцем. Его сердце радостно и воодушевленно проговорило об актерстве как религиозном служении, и эту его страстную речь навсегда запомнят те, кто услышал ее в финале «золотомасочной» церемонии.