RuEn

Зелен, аж жуть

В Театре музыки и поэзии п/р Елены Камбуровой Иван Поповски поставил спектакль «Абсент»

Этот театр драматическая критика не принимает в расчет, и, как выяснилось, совершенно зря. Входишь в это маленькое, аккуратное, уютное помещение и почему-то сразу вспоминаешь «Мастерскую Петра Фоменко». Потому ли, что театр Камбуровой тоже расположился в бывшем кинотеатре («Спорт» на Большой Пироговской улице), или потому, что режиссер Иван Поповски — ученик Фоменко. А может, все дело в том, что сам Петр Наумович на спектакль пожаловал. Так или иначе, знайте, есть в Москве еще одно по-настоящему интеллигентное, нешумное и несуетное место, где тебя хорошо встретят, обогреют и не обманут по части искусства. Спектакли этого театра могут нравиться больше или меньше, но в том, что здесь собрались профессионалы, работающие всерьез, а не пускающие пыль в глаза, будьте уверены.
На афише «Абсента» значится: концерт-галлюцинация, и это вторая работа Поповски в Театре музыки и поэзии. Первым был спектакль «Р. S. Грезы…» по песням Франца Шуберта и Роберта Шумана. Там писалось: концерт-фантазия. И по-другому назвать то, что в театре Камбуровой в двух этих спектаклях представляют Елена Веремеенко, Ирина Евдокимова, Анна Комова и Елена Пронина, никак нельзя. Иван Поповски, как, впрочем, и другие ученики Петра Фоменко, не желает иметь дело с тем, что принято называть «правдой жизни», реалистической прозе он предпочитает возвышающий поэтический обман. Фантазии, галлюцинации — это как раз по его части.
Абсент, как известно, это алкогольный напиток, чаще всего изумрудно-зеленого цвета, и пока вы идете в зал через узкий темный коридор, вам обязательно нечто зеленое, да и встретится. И по ходу дела вы вспоминаете, что абсент при частом употреблении вызывал слуховые и зрительные галлюцинации, сходные с наркотическим опьянением, — может, потому он был столь популярен в богемных артистических кругах. Тут одни имена чего стоят: Оскар Уайльд, Поль Верлен, Дега, Тулуз-Лотрек, Рембо, Бодлер. Несомненно, именно они и вдохновляли режиссера. Текста в спектакле нет, никакой связной истории актрисы не рассказывают. Звучит музыка Клода Дебюсси, Мориса Равеля, Габриеля Форе, поют французский шансон, да еще на французском, но сюжет, перед нами проходящий, ясен без слов. Лучше всего сказал о том, что зрителю предстоит увидеть, Оскар Уайльд: «Первая стадия — как обычное питье, во второй ты начинаешь видеть чудовищные и жестокие вещи, но если не сдашься, ты войдешь в третью и увидишь то, что хочешь видеть, вся кие чудеса».
Чудеса и в самом деле появляются. Вступают в дело лазер, дым и прочие технические приспособления современного театра. И вроде приемы расхожие, а только используются по прямому своему назначению, в силу безусловной необходимости. В момент совсем уже полного безумия ядовито-зеленые лазерные палочки рассекают тем ноту маленького зала прихотливыми зигзагами, а в финале четыре «любительницы абсента» с покорной безучастностью погружаются в волны дымного дурмана, и это медленно плывущее, качающееся зеленое чудо захватывает их с головой.